Симфония № 9 (Малер)
Симфония № 9 | |
---|---|
Композитор | |
Форма | симфония |
Тональность | ре мажор |
Продолжительность | 80 ± 10 мин |
Дата создания | 1908[1] |
Дата первой публикации | 1913[1] |
Части | в четырёх частях |
Первое исполнение | |
Дата | 26 июня 1912[1] |
Место | Вена |
![]() |
Симфо́ния № 9 ре мажор — сочинение австрийского композитора Густава Малера, его последняя завершённая симфония, написанная в 1909 году и впервые исполненная уже после смерти автора, в 1912-м. Одна из наименее традиционных по форме симфоний Малера; вместе с «Песнью о земле» и незаконченной Десятой она составляет «прощальную» трилогию композитора.
История создания
[править | править код]Музыковеды рассматривают Восьмую симфонию Малера как апогей его симфонической эпопеи; за апогеем последовали три прощальные симфонии: «Песнь о земле», Девятая и незавершённая Десятая[2].
Восьмую симфонию Малер написал в 1906 году; летом 1907 года умерла его старшая дочь, 4-летняя Мария Анна; вскоре после этого врачи диагностировали у самого композитора неизлечимую болезнь сердца[3][4]. «Для человека, — пишет Инна Барсова, — стихией которого было непрерывное движение, движение всегда и везде — в отдыхе, в дирижировании и, главное, в творчестве, — условием жизни стал полный покой, высчитанный шаг, высчитанный взмах дирижёрской палочки, высчитанное творческое волнение»[5]. Сердечная недостаточность ставила под угрозу его творчество[4]; по свидетельству Отто Клемперера, Малер, в прежние времена за дирижёрским пультом почти неистовый, стал дирижировать очень экономно: «…Он хотел жить, и жить долго»[6].
![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/e/ec/Gustav_Mahler_1909.jpg/200px-Gustav_Mahler_1909.jpg)
Хотел жить, но сознавал, что дни его сочтены, и это сознание определило характер последних сочинений Малера: «…Мир лежал перед ним в мягком свете прощания… — вспоминал Бруно Вальтер. — „Милая земля“, песню о которой он написал, казалась ему такой прекрасной, что все его мысли и слова были таинственно полны каким-то изумлением перед новой прелестью старой жизни»[7].
Замысел сочинения, ставшего Девятой симфонией Малера, относится ещё к 1905 году[3], но к тому времени, когда композитор непосредственно приступил к работе над ним, очевидно, претерпел существенные изменения. Свои последние симфонии Малер писал на фоне ряда разочарований: в 1907 году он оказался вынужден расстаться с Венской оперой, отношения с руководством Метрополитен-опера, с которой он заключил контракт в конце того же года, складывались так, что Малер уже готов был покинуть и этот театр[8]. Не приносила удовлетворения и работа с Нью-Йоркским филармоническим оркестром, о котором Малер писал Бруно Вальтеру: «Мой оркестр здесь — настоящий американский оркестр. Бездарный и флегматичный. Приходится терять очень много сил»[9][8]. Как композитор он добился признания лишь в относительно узком кругу, — прощание с жизнью было и прощанием с иллюзиями[10]. А.-Л. де Ла Гранж считает, что на характере этой симфонии более непосредственно, чем состояние здоровья композитора, сказался кризис в отношениях с Альмой, о чём свидетельствуют и сделанные рукой Малера надписи на рукописи — прощание с молодостью и с любовью[11].
В августе 1909 года в Альтшульдербахе (в трёх километрах от Тоблаха) Малер закончил работу над «Песнью о земле»[3], — как утверждал Бруно Вальтер, только суеверный страх перед цифрой 9, ставшей роковой для Л. ван Бетховена и А. Брукнера, помешал ему назвать это сочинение симфонией[12][13]. Решил ли Малер, что ему удалось обмануть судьбу, — по свидетельствам современников, он всё-таки вспоминал о Девятой Бетховена и говорил близким: «Она идёт тоже в Ре! и меньше всего — в мажоре»[10], — но, написав «Песнь о земле», он тогда же, в августе, приступил к работе над новым сочинением, которое бесстрашно назвал «Симфонией № 9»; ей и суждено было стать последней завершённой симфонией композитора[3][14].
Осенью 1909 года Малер взял рукопись симфонии с собой в Нью-Йорк «в таком виде, что её почти невозможно было разобрать», и переписал её набело, по-видимому, уже в 1910 году[12]. Неудачная премьера Пятой симфонии в дальнейшем побуждала Малера не торопиться с обнародованием своих сочинений — откладывать первое исполнение на два, а то и на три года. Премьера Восьмой симфонии состоялась лишь в сентябре 1910-го, она стала первым настоящим триумфом композитора, но продирижировать «Песнью о земле» Малер уже не успел, — премьеру в ноябре 1911 года провёл Бруно Вальтер[14]. Под его управлением, 26 июня 1912 года в Вене, состоялась и первое исполнение Девятой симфонии[14].
Музыка
[править | править код]«Я высказал в ней, — писал Малер Бруно Вальтеру осенью 1909 года о своей Девятой симфонии, — нечто такое, что давно уже просилось у меня наружу; может быть, её (как целое) можно скорее всего поставить рядом с Четвёртой (хотя она совсем иная)»[15]. От ранних симфоний композитора, в которых всё в избытке, Девятую отличает классическая сдержанность, и в оркестре её нет никаких экстравагантных инструментов вроде коровьих колокольцев, молота или стальных брусков[16]. Девятая — одна из немногих у Малера четырёхчастных симфоний, но это единственное, что осталось в ней от традиционной классико-романтической структуры. По сравнению с классическим циклом — аллегро, анданте (или адажио), скерцо и рондо-финал в быстром темпе — в симфонии Малера всё кажется перевёрнутым: первая часть — анданте, за ней следуют скерцо и рондо, четвёртая часть — адажио[17]. Если в классическом цикле драматическим центром симфонии была первая часть, а у Малера им нередко оказывался финал, то в Девятой он перемещается в третью часть — Rondo-Burleske[18].
В Девятой симфонии, как и в Четвёртой, равно представлены и лирика, и гротеск и так же отсутствуют героические и драматические образы. Но если Четвёртая симфония — плод усталости и разочарования, как считают некоторые исследователи, — предлагала уход в мир иллюзий, то в Девятой никаким иллюзиям уже нет места[17]. И если в целом на протяжении своей симфонической эпопеи Малер вёл напряжённый диалог с самим собой и едва ли не каждая симфония оспаривала выводы предыдущей, то в последней его, незавершённой трилогии эта диалогичность отсутствует: Девятая симфония воспринимается как продолжение «Песни о земле»[19]. И не только потому, что обе симфонии пронизаны одной мыслью и одним чувством — прощанием с жизнью; тема начала Девятой симфонии родилась из последних тактов «Песни о земле»[19].
Первая часть, Andante comodo, написанная в тональности ре мажор, переходящей в ре минор, представляет собой феномен индивидуальности формы: это не традиционная сонатная форма и не разработанная самим Малером (использованная им в «Песни о земле») вариантно-строфическая. «Здесь бессильны, — писал в своё время Пауль Беккер, — все не порывающие с традицией попытки истолкования… Происходит разложение и новый синтез существовавших доныне принципов построения…»[20] Эрвин Ратц находил в первой части черты как сонатной формы, так и двойных вариаций, а в строении экспозиции — признаки песенности: строфическое членение и «род трехчастной песенной формы»[21]. Ещё более сложной представлялась форма Andante Инне Барсовой; в этом синтезе многих структурных принципов одни легко уживаются с другими, некоторые, напротив, отрицают друг друга[22]. «Эта структурная многоликость, — пишет исследователь, — эта фиксация мгновений динамического столкновения композиционных принципов составляет сущность формы первой части»[23]. В первой части симфонии особенно ярко выражено шубертовское, песенное начало: основные её темы по своей природе — Lieder, немецкие песни-романсы; И. Барсова отмечает и песенный тип оркестровой фактуры: она как будто воспроизводит фортепианные фигуры из партии левой руки[22].
Размеренные, бесстрастные звуки арфы в начале словно отсчитывают часы жизни; в своём развитии эта тема постепенно обретает черты погребального шествия[24]. В Andante comodo, пишет И. Барсова, «волевые порывы, вспыхивая, бессильно сникают, экстатические взлёты сменяются бесконечной усталостью, граничащей с прострацией»[25]; здесь уже нет никакой борьбы — она утратила смысл[25]. В одном из самых трагических эпизодов первой части, кондукте[26], присутствуют три психологических плана: один — глубоко личный, другой — внеличный, обозначенный Альбаном Бергом как «рыцарственные звуки: смерть в доспехах», и третий, оставляющий, по И. Барсовой, впечатление иронического созерцания этого траурного шествия со стороны[27]. «…Первая часть, — писал Альбан Берг, — лучшее, что написал Малер. Это — выражение неслыханной любви к земле, страстное желание жить на ней в мире, ещё и ещё раз до глубочайшей глубины насладиться ею, природой — пока не придёт смерть. Ибо она неудержимо приближается»[28].
Вторая часть, скерцо, нем. Im tempo eines gemächlichen Ländler («В темпе спокойного лендлера»), написана в до мажоре[11]. В этой части и в третьей Малер как будто пытается вырваться из мира субъективных переживаний и возвращается к контрасту Первой симфонии, где здоровому народному началу (в скерцо, также представляющем собой лендлер) противопоставлен мир лжи и лицемерия (в третьей части)[25]. Но в Девятой симфонии уже нет былого здоровья, народность этого скерцо лишена идилличности; за лендлером, с его грубоватым деревенским юмором, следует гротескный вальс, ускоряющийся до дикого, «экспрессионистского», по Ла Гранжу, вихря[25][11]. Вальс сменяется лендлером, но на этот раз в замедленном темпе и потому едва узнаваемым (первоначально этот раздел именовался менуэтом); тема, пишет И. Барсова, «меланхолично замирает в своем движении, словно бы отодвинутая вдаль и долго, пристально рассматриваемая»[29].
Третья часть — Rondo-Burleske, в темпе Allegro assai (достаточно быстро), в тональности ля минор[11]. Драматический центр симфонии, единственная её часть, в которой созерцание уступает место деяниям, но деяниям с мощным отрицательным зарядом[30]. В одной из рукописей этой части имеется посвящение: «Моим братьям в Аполлоне»[11]. Форму рондо — с песенным чередованием неизменяемой главной темы (рефрена) и постоянно обновляемых эпизодов — Малер использовал в финалах Пятой и Седьмой симфоний, но там рефрен олицетворял обретённую гармонию, в Девятой в нём воплотилось дисгармоническое начало[31].
В эмоциональном плане рондо-бурлеск перекликается со второй частью Пятой симфонии, с первой и четвёртой частями трагической Шестой (также написанных в ля миноре), и в то же время в нём присутствуют, даже в наиболее драматическом начальном разделе, типичные для скерцо танцевальные ритмы; в контрастных по характеру музыки темах сохраняется темповое единство, и это тотально равномерное движение создаёт впечатление некоего враждебного perpetuum mobile — не деяний, а лихорадки бессмысленной деятельности, маниакальной активности, устремлённой в пропасть[32][33]. Словно в спортивной гонке все инструменты оркестра поочерёдно берут на себя роль лидеров — солистов[11]. Лишь однажды темп спадает, и в этом замедленном движении (с авторской ремаркой: «нем. Etwas gehalten. Mit grosser Empfindung» — «Несколько сдержанно. С большим волнением») завязывается тема финала[31][11].
Финал — Adagio, нем. Sehr langsam und noch zurückhaltend («Очень медленно и при этом сдержанно»). После лихорадочного рондо-бурлеска он воспринимается как освобождение от мира деяний[34]. Ла Гранж отмечает смелость Малера: никто прежде не отваживался строить целую часть на таком простом мотиве[11]. Финал Девятой — такое же «Прощание», как и заключительная часть «Песни о земле», в нём та же нежность и прозрачность[11]. Слияние с природой, центральная идея Первой симфонии Малера, здесь обретает новый смысл: в финале Девятой, пишет И. Барсова, «страстное переживание красоты и гармонии сущего, олицетворяемых теперь одной лишь природой, сменяется всё более ясным предощущением смерти, которая также часть природы»[34].
Начальная тема финала, исполненный величавого спокойствия хорал, звучит торжественно, но движение темы осуществляется скачками, что придаёт хоралу исключительную эмоциональную напряженность; кульминация этой темы подобна электрическому разряду, и спад напряжения сопровождают новые вспышки чувства — как мгновенные озарения, постепенно утрачивающие яркость[35]. Вторая тема, антитеза первой, напротив, аскетична и бесстрастна; она зарождается в недрах хорала и вызывает ассоциации с разреженным горным воздухом: огромный охват звукового пространства, пишет И. Барсова, сочетается здесь с бесплотностью фактурных очертаний[34][36].
Финал Девятой симфонии воспринимается и как продолжение финала Третьей, только «с другим концом»: если в Третьей кода финала — апофеоз темы, то в Девятой, согласно авторской ремарке («ersterbend»), начальная тема постепенно, очень долго истаивает, «умирает», — как будто ещё не осознанная тогда, в 1896 году, отрешённость от земных страданий претворилась теперь в ясное осознание и приятие своей участи[34].
Состав оркестра
[править | править код]По сравнению с Восьмой симфонией («Симфонией тысячи») оркестр Девятой выглядит очень скромно, он уступает даже составу Пятой симфонии: кроме струнного квинтета, 4 флейты, флейта-пикколо, 3 гобоя, английский рожок, 3 кларнета, кларнет-пикколо, бас-кларнет, 3 фагота, контрафагот, 4 валторны, 3 трубы, 3 тромбона, туба, группа ударных — 2 литавры, треугольник, малый барабан, тарелки, большой барабан, тамтам, колокольчики, 3 низких колокола — и 2 арфы[10].
Дальнейшая судьба
[править | править код]Премьера Восьмой симфонии 12 сентября 1910 года стала, по свидетельствам современников, первым истинным триумфом Малера-композитора[37], и хотя она не имела того резонанса, на какой рассчитывал Малер, всё же после этой премьеры он мог считать себя признанным композитором: слушатели не делились больше на шикающих и аплодирующих[38]. Успех Восьмой предопределил отношение и к последним сочинениям: критики уже не издевались над ними, как прежде, да и ранняя смерть композитора, спустя всего восемь месяцев после триумфа, к этому не располагала, — погребение Малера, по свидетельству Бруно Вальтера, совершалось «при невиданном скоплении народа»[39]. Исключение составила разве только антисемитская пресса: один из видных её представителей по уже сложившейся традиции назвал Девятую симфонию «гигантским сорняком в симфоническом саду»[40].
Малер и в 1910 году самым значительным своим сочинением считал Восьмую симфонию, но, если опросить его поклонников, включая музыковедов, первые позиции, пишет немецкий исследователь Й. М. Фишер[нем.], займут «Песнь о земле» и Девятая симфония[41]. Оба сочинения завершают классико-романтическую традицию XIX века и предвосхищают «Новую музыку»[42]; в Девятой симфонии и форма первой части, и её особая экспрессия, которую Фишер характеризует как «кризис способности музыки говорить», и заметное ослабление власти традиционной тональности явным образом предвосхищают сочинения композиторов Новой венской школы[43].
Первый исполнитель симфонии, Бруно Вальтер, осуществил и первую её запись — в 1938 году, с Венским филармоническим оркестром[44]. Многие дирижёры, не расходясь в оценках с современными критиками, считали Девятую одной из лучших, если не лучшей симфонией Малера[45]; только Леонард Бернстайн записал её восемь раз; вновь и вновь возвращались к ней Отто Клемперер, Карло Мария Джулини, Герберт фон Караян[44]. И не случайно записи этой симфонии не раз удостаивались различных музыкальных премий, в том числе премии «Грэмми»: записи К. М. Джулини (1976), Л. Бернстайна (1979), Г. Шолти (1982), П. Булеза (1995)[46]. Всего на 2014 год насчитывалось 168 записей, принадлежащих 99 дирижёрам[44].
В СССР первую запись Девятой симфонии, как и ряда других сочинений Малера, осуществил в 1964 году Кирилл Кондрашин с Симфоническим оркестром Московской филармонии, ему же принадлежит и вторая запись (в 1967 году), оказавшаяся последней: новые записи появились уже в постсоветское время[44].
Примечания
[править | править код]- ↑ 1 2 3 Grove Music Online (англ.) — OUP. — doi:10.1093/GMO/9781561592630.ARTICLE.40696
- ↑ Барсова. Густав Малер, 1968, с. 78—79.
- ↑ 1 2 3 4 Zeittafel . Gustav Mahler. Internationale Gustav Mahler Gesellschaft. Дата обращения: 6 августа 2015. Архивировано 24 сентября 2015 года.
- ↑ 1 2 Бруно Вальтер, 1968, с. 428.
- ↑ Барсова. Густав Малер, 1968, с. 81.
- ↑ Клемперер О. Мои воспоминания о Густаве Малере // Густав Малер. Письма. Воспоминания. — М.: Музыка, 1968. — С. 512.
- ↑ Бруно Вальтер, 1968, с. 433.
- ↑ 1 2 Барсова. Густав Малер, 1968, с. 80.
- ↑ Малер. Письма, 1968, с. 281.
- ↑ 1 2 3 Кенигсберг, Михеева, 2000, с. 464.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 La Grange III, 1984.
- ↑ 1 2 Бруно Вальтер, 1968, с. 432.
- ↑ Кенигсберг, Михеева, 2000, с. 461.
- ↑ 1 2 3 Michalek Andreas. Werke . Gustav Mahler. Internationale Gustav Mahler Gesellschaft. Дата обращения: 26 июля 2015. Архивировано 25 сентября 2010 года.
- ↑ Малер. Письма, 1968, с. 279.
- ↑ Fischer, 2011, с. 613.
- ↑ 1 2 Кенигсберг, Михеева, 2000, с. 465.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 330.
- ↑ 1 2 Барсова. Симфонии, 1975, с. 329.
- ↑ Цит. по: Барсова. Симфонии, 1975, с. 333
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 333—334.
- ↑ 1 2 Барсова. Симфонии, 1975, с. 334—336.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 336.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 342.
- ↑ 1 2 3 4 Барсова. Густав Малер, 1968, с. 84.
- ↑ У Малера это слово означает пышные похороны
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 342—344.
- ↑ Цит. по: Кенигсберг, Михеева, 2000, с. 465
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 347.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 348.
- ↑ 1 2 Барсова. Симфонии, 1975, с. 349.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 348—349.
- ↑ Fischer, 2011, с. 617.
- ↑ 1 2 3 4 Барсова. Симфонии, 1975, с. 352.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 353—354.
- ↑ Fischer, 2011, с. 618.
- ↑ Бруно Вальтер, 1968, с. 431.
- ↑ Барсова. Симфонии, 1975, с. 290.
- ↑ Бруно Вальтер, 1968, с. 436.
- ↑ Fischer, 2011, с. 693.
- ↑ Fischer, 2011, с. 520, 611—612.
- ↑ Danuser, 1987, с. 686.
- ↑ Fischer, 2011, с. 614.
- ↑ 1 2 3 4 Symphonie № 9 . Une discographie de Gustav Mahler. Vincent Moure. Дата обращения: 11 сентября 2015. Архивировано 21 июля 2015 года.
- ↑ Fischer, 2011, с. 612.
- ↑ Winners (англ.). Grammy.org. Дата обращения: 1 декабря 2015. Архивировано 8 декабря 2015 года.
Литература
[править | править код]- Барсова И. А. Густав Малер. Личность, мировоззрение, творчество // Густав Малер. Письма. Воспоминания. — М.: Музыка, 1968. — С. 9—88.
- Барсова И.А. Симфонии Густава Малера. — М.: Советский композитор, 1975. — 496 с.
- Кенигсберг А.К., Михеева Л.В. 111 симфоний. — СПб.: Культ-информ-пресс, 2000. — С. 442—446. — 669 с. — ISBN 5-8392-0174-X.
- Бруно Вальтер. Густав Малер. Портрет // Густав Малер. Письма. Воспоминания. — М.: Музыка, 1968. — С. 391—435.
- Густав Малер. Письма. Воспоминания. — М.: Музыка, 1968.
- Danuser H. Mahler, Gustav (нем.) // Neue Deutsche Biographie. — 1987. — Bd. 15. — S. 683—687.
- Fischer J. M. Gustav Mahler = Gustav Mahler: Der fremde Vertraute. — Yale University Press, 2011. — 766 p. — ISBN 978–0–300–13444–5.
- Henry-Louis de La Grange. Gustav Mahler. Volume 3: Le génie foudroyé (1907–1911). — Paris: Fayard, 1984. — 1361 с. — ISBN 978-2-213-01468-5.
Эта статья входит в число добротных статей русскоязычного раздела Википедии. |